Охотничьи спаниели – , , , , , ,

Со спаниелем на разных охотах / Сибирский охотник

Первая охота

Итак, ваш спаниель полностью подготовлен к охоте. Первый выход на охоту – ответственный момент в жизни молодой собаки. Помните, что в этот день добыча дичи для вас не должна быть главной целью, хотя бы это было и долгожданное открытие охоты. Основное внимание – собаке.

Не рекомендую начинать с весенней охоты, где собака не работает, а только находится рядом с хозяином и служит для подачи сбитых вальдшнепов. Хотя соблазн большой: если вы взяли щенка из осеннего помета, то в апреле он уже достигнет «охотничьего» возраста. Но, увы, спаниель еще не прошел школы натаски по птице в поле, а потому лучше, чтобы первая охота ассоциировалась у него с добычей птицы, сработанной им самим.

Итак, лучшее время – открытие летне-осеннего сезона. Не могу понять, почему некоторые охотничьи организации разрешают «досрочную» (то есть на 2 недели раньше общего открытия) охоту с легавыми и спаниелями только для дипломированных собак – это ли не самое удобное время для охоты с первопольными? В лугах много дупеля, перепела и бекаса – чем не раздолье для молодого спаниеля!

Обычно охоты открывается с утренней зори, и большинство охотников не пропустит утреннюю зорьку, но лучше не брать на нее спаниеля, попавшего на охоту впервые в жизни: много людей, повсюду гремят выстрелы, горяча, а то и пугая необстрелянную собаку, да и много отвлекающих факторов, в том числе и других собак. Если вы живете в деревне, оставьте спаниеля дома, а после того, как канонада затихнет, вернитесь за ним и начинайте нормальную охоту, предпочтительнее по дупелю или другой болотно-луговой дичи. Конечно, все зависит от угодий, и для хорошо натасканного спаниеля нет разницы, какая охота будет первой. Первый выстрел желательно делать только наверняка и, как и последующие, только по птице, сработанной спаниелем, а не по шумовым или случайно налетевшим на вас. В азарте спаниель, скорее всего, не обратит внимания на громкий звук выстрела, и опасности испугать им собаку практически нет.

Первый выход не должен быть слишком долгим и утомительным, хотя бы и дичи было очень много. Три птицы, взятые из-под спаниеля за 2-3 часа охоты – отличный результат для начала. Не забывайте о командах, не бегите сломя голову, наперегонки с собакой, к упавшей после выстрела птице, контролируйте ее послушание. Если вы очень темпераментный охотник, попросите вашего товарища выполнить роль стрелка, а сами ходите без ружья, строго контролируя собаку. Иначе ваш азарт может погубить всю кропотливую предшествующую работу, и спаниель начнет гонять все живое до горизонта, желая скорее почувствовать запах отстрелянной птицы и побыстрее подержать ее в пасти.

Ну а теперь – об охотах со спаниелем на разную дичь.

По дупелю

Хотя классические охоты со спаниелем – по утке и по коростелю, большинство спаниелистов справедливо отдают предпочтение дупелю. Спаниель, в отличие от легавых, не делает стойки, но работает накоротке, в пределах выстрела, и настолько выразительно, что опытный охотник знает, когда можно ожидать взлета птицы. Среди трех видов королевских болотных долгоносиков дупель – наиболее заманчивый трофей, и не только благодаря относительно большим размерам – работа спаниеля по дупелю подчас одна из самых красивых. Отсутствие стойки у спаниеля не умаляет красоты самой работы, как считают некоторые легашатники. Конечно, здесь нет скульптурного  замирания на месте с согнутой лапой, но для спаниелистов манера работы собаки, эффектные «свечки», вращающийся пропеллером хвостик, сигнализирующий о степени близости птицы, наконец, картинная подводка, бросок и шумный подъем птицы дают не меньшее эмоциональное напряжение, чем работа легавой для легашатников. И здесь я полностью согласен с тем, что писал полвека назад известный охотничий писатель-натуралист Виталий Бианки, всю жизнь державший спаниелей: «Вот почему я не держал легавых собак, собак со стойкой: мне казалось нечестным, сковав птицу страхом перед застывшим над ней зубастым зверем, не торопясь подойти к Ому месту, где она затаилась, и, приказав собаке поднять ее на крыло, хладнокровно застрелить на взлете. Я предпочитал спаниелей… только разыскивающих своим чутьем птицу и скорее помогающих ей спастись от охотника, чем охотнику – застрелить ее». Может это и выглядит несколько наивно, но факт остается фактом: чем труднее добыча, тем дороже она для охотника.

Но вернемся к дупелю. Охота на него особенно хороша в начале сезона – в первой половине августа и даже в конце июля. Если лето дождливое, дупель задерживается до сентября, но обычно после 20 августа его уже встретишь редко. Скажу также, что основная августовская добыча – это молодежь с самками. Взрослые самцы после окончания токования еще некоторое время держатся в районе токов, но уже в начале августа дружно отлетают на дальние африканские зимовки. Перед этим некоторое время они кочуют по угодьям, образуя летние высыпки. Вот почему в старину, когда охота открывалась с Петрова дня (12 июля), охоты на дупелей, по выражению С.Т. Аксакова, были «баснословно удачными» (вспомним у Л.Н.Толстого дупелиную охоту Левина и Облонского в романе «Анна Каренина» - дело было именно в июле).

Осенний пролет дупелей бывает не повсеместно, в местах их размножения, а лишь в некоторых особо кормных в это время для дупеля угодьях. Пик пролета приходится на Натальин день (8 сентября), захватывая и Бабье лето (с 14 по 21 сентября). Засушливое лето ускоряет отлет дупелей, а в сухую осень их всегда мало.

На дупелиную охоту лучше выходить рано поутру, не дожидаясь, как принято писать в охотничьих справочниках, «когда обсохнет роса». В летнюю жару приходить на луг надо еще в полной темноте и дождаться рассвета: как только можно будет стрелять понизу, необходимо начинать поиски дупелей, так как в такую погоду они рано, еще до восхода солнца улетают в крепи. Спаниеля запускают обычно против ветра, но не беда, если его нет: желанный запах птицы он разыщет и низом. Основное внимание уделяют тому, чтобы ваш помощник не удалялся от вас больше 30-40 метров. Как только он начнет приостановки, заработает хвостиком и вы поймете, что птица рядом, подходите по возможности поближе к собаке.

Перед подъемом птицы собака делает подводку, меняя ход; некоторые спаниели взлаивают, словно предупреждая охотника, что дичь рядом. Прыжок – и вот взлетает с характерным, свойственным только одному дупелю звуком крыльев долгожданный болотный король! Опытный спаниель останется на месте, лишь провожая птицу взглядом. Вы отпускаете дупеля на 20-30 метров – стрелять его легко, но иногда излишнее волнение (ведь это дупель!) приводит к досадным промахам даже опытных охотников. Если стрелять неудобно, лучше вообще воздержаться от выстрела: дупель садится обычно неподалеку, на глазах у охотника, а вот обстрелянный может улететь далеко, скрывшись из поля зрения.

Дупеля очень плотно таятся: охотник может пройти рядом и в трех метрах, а птица только плотнее прижмется к земле. Дупеля любят общество себе подобных, поэтому найдя одного, не торопитесь, покружитесь на этом месте, даже если по вашему мнению, вы здесь уже все обошли. Бывает дупеля забегают в высокую траву на границе со скошенным участком луга, но через некоторое время выходят на чистое вновь.

Никогда не стреляйте через собаку: это не охота с легавой, где к ней можно подойти вплотную. Спаниеля легко можно зацепить выстрелом, особенно если вы используете специальные «разбросные» патроны с раскучнителями, дающими уже в 10 метрах широкую осыпь. И помните: чем дальше вы от собаки, тем больше опасность задеть ее выстрелом. Ни в коем случае нельзя стрелять, если собака погнала дупеля. Здесь необходимо ее остановить и наказать, после чего успокоить и только после этого продолжать охоту.

На бекаса

Охота на бекаса со спаниелем имеет свои особенности. Нередко эта птица очень строга, особенно на открытых грязевых отмелях и болотах: даже легавая делает стойку не по всем бекасам. Среди этих куликов словно есть сторожа, срывающиеся при вашем подходе и увлекающие за собой некоторых других сородичей. Это не должно вас смущать – в бекасиных высыпках есть и птицы, склонные к затаиванию до последнего. Ваш спаниель продолжает работать, и не зря: такие бекасы обычно вырываются у него чуть ли не из-под морды. От спаниеля требуется тщательный поиск и, главное, не забегать далеко вперед охотника.

Любят бекасы не сильно заросшие травой болотца, «ржавые», с грязевыми окнами луговые мочажины, частично пересыхающие карьеры, но в дождливые годы нередко сидят на лужах среди сенокосов и коровьих выпасов. Если вы найдете на лугу 2-3 бекасиных болотца, можно повторять охоту на них чуть ли не через полчаса-час: распуганные птицы нередко вновь возвращаются на эти места.

На бекаса, в отличие от дупеля, даже в ясную погоду можно охотиться весь день: они даже в жару не забиваются в крепи. Но все же утром охота бывает добычливее. Самая лучшая пора для охоты на бекасов – середина сентября, золотые дни бабьего лета, когда идет массовый пролет болотных долгоносиков. Если вам повезет, охота будет очень удачна. Иногда патронташа не хватает и на полчаса работы спаниеля. 

На гаршнепиных грязях

Гаршнеп – третий вид королевской тройки благородных болотных долгоносиков. Охотники любят его за то, что это самая поздняя в сезоне болотная дичь. Давно исчезли дупеля, редко встретишь одиночного бекаса, по утрам болотца сковывает лед, но охота со спаниелем по болотной дичи продолжается.

Искать гаршнепов можно уже с двадцатых чисел сентября, а иногда и раньше на топких илистых болотах. Часто такими местами становятся прежние утиные луговые озерки и бочаги в результате многолетнего заиления, старения и пересыхания. Нередко гаршнепы встречаются и в типично бекасиных болотах, а в дождливые годы, когда вообще пролет гаршнепов более заметен, их можно встретить даже на залитой дождями стерне на полях.

Спаниель работает по гаршнепу очень азартно, подчас горячее, чем по бекасу. Гаршнеп взлетает довольно резво и, несмотря на порхающий, как у бабочки, полет, попасть в него довольно трудно, особенно в ветер. Сбитого трудно найти даже с собакой: нередко он падает в высокую траву, рогоз или плотный тростник. Конечно, опытный спаниель его найдет, хотя и не с первого раза, но лучше приучиться при охоте на гаршнепов по возможности точно запоминать место падения дорогой добычи. В случае промаха гаршнеп, в отличие от бекаса, очень скоро, подчас на этом же болоте, вновь садится, даже на виду у собаки. Главное – не допустить его быстрого подъема спаниелем до вашего подхода.

А передвигаться по таким гаршнепиным грязям – ох, как нелегко! Ноги засасывает по колено в ил, спаниель по брюхо увязает в этом киселе. Сразу после окончания охоты собаку нужно искупать в чистой воде и насухо вытереть махровым полотенцем.

За дергачами

Одна из самых интересных охот со спаниелем – на коростеля. Не ошибусь, если скажу, что в этой охоте им нет  равных среди других пород охотничьих собак. Как известно, коростель не любит затаиваться и много бегает при преследовании его собакой. И хотя стрельба его из-под стойки легавой – дело обычное, нередко попадаются такие спринтеры, что могут бесконечно мучить собаку с твердой стойкой, каждый раз убегая буквально из-под морды легавой. Со спаниелем же шутки плохи – свечками, прыжками, голосом он все же заставляет подняться ленивого дергача на крыло.

Летом на коростеля лучше начинать охотиться не раньше двадцатых чисел августа: до этого много нелетных выводков, да и старики во время летней линьки, подобно тетеревам и уткам, почти три недели полностью теряют способность к полету. Лучшее время для охоты – первая половина сентября. Коростели как местные, так и пролетные, держатся на слабо закустаренных лугах, по мелиоративным канавам, на границе скошенных луговин и некоси, по берегам луговых озер и оврагов.

В ясную погоду лучше охотиться утром, до наступления жары, и в вечерней прохладе, когда дергачи выходят на более открытые места и легче поднимаются из-под собаки. В пасмурную погоду, а также во время валового пролета, что бывает в средней полосе обычно в первой декаде сентября, можно стрелять коростелей весь день. В такие дни обычно забываешь о времени и, выйдя на рассвете, нередко задерживаешься со своей длинноушкой в угодьях до 3-4 часов дня, тогда как планировал вернуться к 10 утра.

Хорошо если спаниель перед взлетом птицы отдает голос, настойчив и неутомим в преследовании дергача. Со слишком флегматичным спаниелем охота менее добычлива и утомительна (зато с ним легче стрелять дупелей). Иногда собака гоняет дергача до получаса и больше. Коростель буквально, как заяц от гончей, бегает почти кругами. Если трава высока, он может так и не подняться, несмотря на настойчивое преследование. Некоторые охотятся до упора, но я всегда в таких (довольно редких) случаях отзываю собаку, и мы переходим искать другого.

Стрелять коростеля очень легко, главное отпустить его на 20-25 метров и не разбить близким выстрелом. Если дергач поднялся далековато, лучше не стрелять, а попытаться поднять его вновь: во-первых, намучаетесь с подранками, во вторых, перемещенного коростеля поднять несложно, да и отлетает он обычно недалеко. Легкого подранка в высокой густой траве не поймает даже и опытный спаниель – он бегает, как спринтер! Но все же потерь сбитых коростелей со спаниелем бывает немного. Особенно если собака привыкла часто бывать на лугах и дергачи являются вашими основными объектами охоты.

Сейчас в большинстве центральных областей России, где пойменные угодья, численность коростеля довольно высока и даже несколько растет год от года. У многих спаниелистов, серьезно занимающихся охотой, он выходит на первое место среди всей другой болотно-луговой дичи в сезонной добыче, может быть, за исключением перепела, об охоте на которого стоит поговорить особо.

По перепелам

В последние годы в большинстве угодий произошел перепелиный бум. Отовсюду поступают сведения, что перепела неожиданно стало очень много. Еще лет пять-десять назад на перепелов в основном охотились охотники юга России, степных и лесостепных зон, а в Подмосковье и ближайших областях его добывали относительно редко. «Помогла» разруха в сельском хозяйстве, резкое сокращение химизации, увеличение площадей некосей и возрождение неудобий, ставших как раз удобными (простите за каламбур) для многих луговых и полевых птиц.

Итак, вы поняли, где искать перепела. Разнотравье, заросшие бурьяном заброшенные луга, поля – вот основные их угодья. Перепела не брезгуют и полями сельскохозяйственных культур, особенно овсяными, вико-гороховыми и хлебными. В дождь поднять перепела труднее: нередко они забиваются в кусты и ведут себя там как бегунки-коростели. Поэтому лучше охотиться в ясную, но не жаркую погоду. В пасмурные дни можно ходить со спаниелем за перепелами весь день, в знойный же полдень трудно как поднять птицу, так и работать самой собаке.

Перепел издает сравнительно слабый запах, много бегает во время кормежки, поэтому спаниель по нему в основном работает низом. Особенно эффектна работа по выводкам. В начале летне-осеннего сезона еще нередко встретишь отводящую, притворяющуюся раненой самку с маленькими поршками – ни у кого из настоящих охотников не поднимется рука сделать выстрел. Позже, к концу августа, перепела быстро набирают вес, многие выводки объединяются и среди поднятой стайки подчас встретишь разновозрастный молодняк: как крупных, уже абсолютно не отличимых от взрослых, так и еще красноногую мелочь.

При охоте на перепелов нужно очень тщательно обыскивать места их подъема: там, где поднялся один, наверняка затаились и другие. Иногда приходится буквально кружиться на одном месте, а спаниель все поднимает и поднимает новых перепелов. Если выстрел был неудачным, перепел перемещается обычно недалеко и вскоре садится, особенно если он был поднят от выводка. Разогнанные перепела через некоторое время соберутся вновь, поэтому не спешите уходить из перепелиных мест и после удачной охоты отдохните с собакой, перекусите неподалеку и вновь пройдите по заветным угодьям. На перепелов можно охотиться почти весь сентябрь, хотя во второй половине месяца птиц становится заметно меньше.

По уткам

Когда в нашей стране появились спаниели, основным их предназначением была охота на уток. Спаниелей заводили прежде всего охотники-утятники, многие держат их для этой цели и сейчас. Действительно, спаниель очень любит воду, а апортирование из воды у него в крови.

Хороша со спаниелем охота по утиным выводкам в первые дни открытия летне-осенней охоты. Вода еще не прогрета, вы идете краем лугового болотца, в котором фыркает и пыхтит работающий спаниель. Он неутомимо обследует мелководья, пробираясь между кочек, где вброд, а где вплавь. Может долго плыть в зарослях вдоль берега озера, по которому вы не спеша идете с ружьем.

Но вот спаниель еще больше оживился, начал притявкивать, прыгать, и, наконец, после очередного взлаивания впереди шумно с неистовым кряканьем свечкой поднимается одна, вторая, третья… а затем и весь выводок молодых, но уже тяжеловесных крякв!

Опытный тренированный спаниель в утиных местах не знает усталости и может работать по нескольку часов, но в тоже время не стоит перегружать, особенно молодую собаку – не забывайте об отдыхе и выбирайте подходящую погоду. В дождь или рано поутру, по росе, если нет возможности обсушиться, чаще делайте перерывы, вытирая собаку полотенцем. В ясную жаркую погоду можно работать дольше – спаниель в жару сам с удовольствием плавает и меньше утомляется.

Не правы те, кто говорит, что спаниель слишком слабоват для охоты на уток, в отличие, например, от дратхаара. Все зависит от тренированности организма собаки, и нередко по времени работы в воде спаниели превосходят легавых. Разумеется, в густо заросших высокой надводной растительностью  водоемах спаниелю работать сложно, но по сплавине, зыбкому густому ковру растений, покрывающих некоторые озера, спаниель может передвигаться, не проваливаясь, словно по асфальту. Легавая же здесь провалится и редко пройдет за подранком или даже за мертво битой уткой.

Очень помогают спаниели на вечерних и утренних утиных перелетах: ни один подранок не уйдет от опытной утятницы. Вообще же спаниели с большим азартом работают по подранкам: достаточно после открытия охоты пройтись с собакой по утиным местам, где охотники встречали зорьку, как спаниель соберет вам увесистую связку дичи, не взятой другими охотниками.

Многие спаниели отлично ныряют за подранками. Здесь не нужно специальное обучение нырянию, как-то: закидывание палочки с грузом и т. п. Азарт заставит спаниеля нырнуть за подранком и, скрывшись под водой, вскоре появиться с уткой в пасти. По поведению собаки можно определить степень близости подранка. Когда она его настигнет, а утка нырнет, спаниель вначале крутится на месте, поворачивая голову то вправо, то влево, смотря вниз, и, наконец, нырнет. Значит, утка под ним, в воде! У меня были невероятные случаи обнаружения и ловли таких очень живых подранков спаниелем в 100-150 метрах от места падения утки после выстрела.

Охота на уток со спаниелем продолжается до самого окончания сезона, до поздней осени. Но тогда собаку нужно беречь, избегая переохлаждения.

На вальдшнепиных высыпках

С конца сентября и до середины октября проходит одна из самых красивых и поэтических охот со спаниелем – на вальдшнепиных высыпках. В это время как местные, так и пролетные вальдшнепы словно высыпают из крепей, где они держались летом и в начале осени, на открытые места – перелески, отдельные куртины кустов на лугу, на окрайки полей, мелколесья и зарастающие вырубки. Ночью они вылетают кормиться на коровьи пастбища с низкой отавой, поэтому лучшие вальдшнепиные места следует искать в тех участках леса, где поблизости пасется скот. Трудно стрелять мелькающую среди деревьев и кустов птицу, но тем дороже для охотника добыча.

В отличие от легавой спаниель работает в лесу накоротке, он не скрывается из глаз, ему не нужно вешать колокольчик, сигнализирующий о месте нахождения собаки. Как правило, вся работа совершается в пределах выстрела, да и как только вы увидите, что собака работает по вальдшнепу, можно подойти поближе. Иногда все же вальдшнепы бегут от преследующего их спаниеля во все лопатки (что мне неоднократно приходилось наблюдать) и поднимаются далеко, вне выстрела, заслонившись к тому же еще деревом. Но есть среди вальдшнепов и такие, которые предпочитают затаиваться до последнего, взлетая в непосредственной близости от пса, делая свечку. После промаха нужно пройти с собакой по тому направлению, где скрылся вальдшнеп – нередко подранки, да и чисто битые вальдшнепы успевают отлететь, но опытный спаниель все равно найдет драгоценную добычу. Сколько раз, сделав, как мне казалось, явный промах, я с сожалением брел в сторону скрывшегося в ветвях вальдшнепа, как вдруг замечал своего спаниеля с вальдшнепом в пасти!

Лесные кулики осенью редко встречаются поодиночке, так что если поднялся один, ищите рядом собратьев. Спаниель очень горяч к вальдшнепу – работает азартно, а при подъеме птицы многие отдают голос. Вальдшнепиный запах заставляет маленького спаниеля работать в густых зарослях, там, где не пролезет крупная легавая, подлезать под корни и поваленные деревья. Нередко охота проходит так: стоишь на лесной дороге или на просеке, а спаниель работает с краю, в лесу. Взлетевший вальдшнеп оказывается на чистом, и стрелять его уже не составляет труда. Со стороны полное впечатление, что спаниель выгоняет вальдшнепов на охотника.

На других охотах

Есть еще много видов охот со спаниелем. Я рассказал о наиболее известных мне. На погоныша и болотных курочек охотятся почти также как и на коростеля, за исключением того, что выбирают более сырые болота с бочагами, наполненными водой. Охота на серую куропатку сходна с перепелиной, но птицы подчас держатся очень большими выводками, взлетающими с большим шумом и треском, синхронно маневрируя в полете, и нередко опять садящимися всей стаей метрах в 100-200 от места подъема. Запах серой куропатки очень силен, особенно если жирует выводок. Как-то в октябре мы под вечер возвращались с собакой домой с не очень удачной охоты: лишь вальдшнеп и бекас болтались в тороках ягдташа.  Вдруг на проезжей дороге, проходящей краем заброшенного поля, собака резко потянула в поле, буквально завизжав от возбуждения. Это ветер донес до нее запах кормящихся куропаток. Я отпустил спаниеля с поводка, он ринулся метров на 100 в сорняки и, конечно же, спорол вне выстрела почти полусотенную стаю серых куропаток. Я заметил место их посадки. Усталости как не бывало. Успокоив собаку, начал охоту. Выводок поднимался еще раза три, некоторые птицы задерживались, всего мы взяли в тот вечер пять штук. Плов получился отменный!

Охота по глухариным выводкам сходна с аналогичной охотой по тетеревам, с той лишь разницей, что происходит она в более трудных лесных угодьях, глухари больше бегают, дальше взлетают и добыть их несравненно труднее, чем тетеревов.

Охотятся со спаниелем на кроншнепов, турухтанов, улитов и других куликов.

Ничего не могу сказать об охоте на фазанов, но знаю, что и здесь спаниель хорошо помогает охотнику.

На весенней охоте спаниель незаменим для поиска сбитых вальдшнепов на тяге. Он довольно быстро учится понимать голос тянущего вальдшнепа и спокойно вести себя рядом с охотником, не мешая ему слушать вечерний лес и ждать приближения вальдшнепа. На других весенних охотах главное предназначение спаниеля – поиск подранков и битых птиц по окончании  охоты.

Некоторые охотятся со спаниелем на зайцев по чернотропу. За свою жизнь я взял из-под них трех зайцев, но должен сказать, что это все же не их дичь. Да, спаниель может гонять на небольших кругах, заяц идет из-под него не спеша, но при этой охоте собака полностью теряет контакт с хозяином, что нежелательно. Помните, мы говорили, что спаниель должен все время  работать с оглядкой на хозяина, не удаляясь на расстояние дальше, чем надежный выстрел. Охота на зайцев как раз портит в этом отношении собаку. Не могу понять также необходимость работы спаниеля по кровяному следу, пропагандируемую в последнее время. Я знал спаниелей, прекрасно работающих по копытным. Но согласитесь, универсальности есть предел и для охот по зверю есть свои традиционные породы собак, а спаниелю лучше сосредоточить усилия на пернатой дичи.

 

Сергей Фокин

Видео об охоте со спаниелем

www.hunting.ru

Охотничьи качества спаниелей - Охотники.ру

Спросите десять охотников, что делает спаниель на охоте? Девять из них ответят: спаниель приносит уток из воды, это водоплавающая собака. О том, что спаниели не только подают сбитую дичь, но и, самое главное, находят птицу в угодьях и поднимают ее под выстрел, делая тем самым охоту во много раз увлекательнее и добычливее, многие не подозревают.

фото: Семина Михаила

Хорошо поставленный спаниель превращает охоту из довольно нудного стояния на утиных перелетах или пустого многокилометрового вколачивания ног по лесам и болотам в увлекательную, добычливую, азартную охоту. Эта охота имеет свои тонкости, свои правила, свои законы. Без их знания трудно в совершенстве выдрессировать и натаскать собаку, т.е. поставить.

Их знание позволяет понять, что собака должна делать на охоте, а понимание механизма, на котором они основаны, дает возможность найти необходимые способы и приемы для отработки желаемого поведения. Кроме того, понять красоту работы собаки, по-настоящему оценить ее можно только разбираясь во всех тонкостях работы.

 НЕМНОГО ТЕОРИИ

  Каждая порода охотничьих собак имеет не только свой, присущий этой породе, внешний вид (экстерьер), но и свой комплекс рабочих качеств. Из этих качеств складывается общая картина поведения на охоте, отличающая собак этой породы от других. Эти комплексы рабочих качеств существенно отличаются в различных группах пород.

Так, например, работа лайки и гончей отличаются очень сильно. Напротив, у собак одной породной группы отличия небольшие. Например, работа английского сеттера и пойнтера различаются некоторыми деталями, особенностями хода, стойки и т.д. В основе всех этих отличий лежат врожденные породные качества, которые сформировались и были закреплены в процессе выведения пород.

Рабочие качества можно разделить на врожденные и закрепленные в процессе дрессировки и натаски. Так, например, стойка - врожденное качество легавых, которое развивается и шлифуется в процессе правильной натаски. А послушание - закрепленное качество, которое образуется в результате дрессировки и натаски. Но если посмотреть повнимательнее, то закрепленные качества тоже базируются на врожденных. Например, для выработки послушания необходимо, чтобы собака имела соответствующий тип нервной деятельности, характер, иначе отработать послушание будет очень трудно. А характер и тип нервной деятельности - это врожденные качества.

  О СПАНИЕЛЯХ ВООБЩЕ

  Спаниели относятся к подружейным собакам. К ним еще относятся многочисленные породы легавых. Подружейные собаки - это не породная группа, это подразделение по специализации на охоте. Само название “подружейная” исходит из того, что собака работает впереди охотника «под ружьем» и поднимает птицу под выстрел, т.е. опять «под ружье». Если особенности работы легавых по птице отличаются в основном эстетическими элементами, о которых заядлые легашатники готовы рассказывать и спорить часами, то работа спаниелей по той же птице отличается настолько, что они даже выделены в отдельную породную группу. Интересно, что спаниели и легавые имели общих предков, но в процессе выведения пород в них были закреплены различные качества и эти породные группы разошлись.

Главное отличие спаниелей от легавых заключается в отсутствии у спаниелей стойки. Спаниель - это вовсе не ущербный низкорослый сеттер с обрубленным хвостом и без стойки. И отсутствие стойки - это не недостаток, это другой способ работы, т.е. другой набор рабочих качеств. Отсутствие стойки дает возможность спаниелю успешно работать по бегающим птицам, таким, как тетерев, коростель, болотная курочка и др.

Бегающая птица или подранок - бич для молодой легавой. Она не дает возможности сделать уверенную стойку, заставляет продвигаться за убегающей птицей. Это приучает собаку срывать стойку, т.е. портится главная породная особенность легавой. Вот почему молодым легавым не рекомендуется подавать сбитую птицу. Англичане, например, при охоте с легавой для подачи использовали специально обученных ретриверов.

  У спаниеля стойки нет, бегающая птица ничего испортить не может. Спаниели не только находят и выставляют бегающую или затаившуюся птицу под выстрел, но и выполняют обязанности ретривера. Работа без стойки расширяет рабочие возможности спаниелей, делает их более универсальными. Но за эту универсальность надо платить. У спаниелей не такой широкий поиск, т.к. подъем птицы происходит без стойки, и нет возможности подойти к собаке, если она нашла птицу далеко от охотника.

 


При этом уменьшается площадь, которую она обыскивает, а значит уменьшается и вероятность встречи с птицей. Несмотря на это, спаниели - наиболее универсальные подружейные собаки. С ними можно охотиться практически на любую птицу, подпускающую на выстрел, а подавать они могут и не подпускающих. Работа без стойки, позволяющая работать по бегущей птице, определяет основные требования к рабочим качествам спаниелей.

  РАБОЧИЕ КАЧЕСТВА СПАНИЕЛЕЙ

  Для того, чтобы разобраться в тонкостях работы спаниелей, рассмотрим графы расценочных таблиц из Правил испытаний спаниелей по болотной дичи, они в наибольшей степени характеризуют весь комплекс рабочих качеств. В расценочных таблицах выделены следующие основные элементы работы: чутье, поиск, потяжка, подводка, настойчивость, подача, постановка, послушание. Рассмотрим подробно каждый из этих элементов.

  ЧУТЬЕ

  Чутье - способность собаки с помощью обоняния отыскивать след птицы и находить ее. Хоть эта формулировка из Правил, на мой взгляд, далека от совершенства, ее можно взять за основу. Спаниель с хорошим чутьем должен уверенно разбираться в птичьих набродах, находить запах самой птицы, отличая его от запаха следов, определять место, где находится птица и поднимать ее на крыло.

  Работа по бегающей птице значительно сложней, чем работа по затаившейся, не бегающей. Спаниелю надо разобраться в следах, по ним выйти на дистанцию, с которой можно обнаружить запах самой птицы, точно определить место, где она находится. Бегающая птица, например коростель или болотная курочка, очень неохотно поднимаются на крыло, предпочитают бегать, делать «петли», как заяц, возвращаться на свои наброды. Этим они стараются сбить собаку со следа. Опытный спаниель быстро разбирается в птичьих хитростях, на кругах находит выходной след с жировки, заходит на ветер и отыскивает запах самой птицы.

  В чутье спаниеля можно выделить две составляющие: силу чутья и умение им пользоваться. Сила чутья, или обоняния - врожденное качество собаки. Силу чутья нельзя улучшить, его можно только испортить, давая собаке острую или горячую пищу, пряности. Чутье у собаки надо беречь.

  Если говорить о дальности причуивания, т.е. дистанции, с которой собака причуивает птицу, то она непосредственно связана с силой чутья. Но измерять силу чутья в метрах по дальности причуивания было бы неверно. Дальность очень сильно зависит от погодных условий. На нее влияют наличие росы, влажность воздуха, сила ветра, высота травы, разность температуры воздуха и почвы, которая иногда создает восходящий поток испарений. Этот поток может уносить запах вверх, и собака не будет чуять далеко. Запах птицы распространяется расширяющейся полосой вверх по ветру. При этом над землей часто образуется полоса мертвой зоны, над которой запах поднимается выше роста собаки.

Замечено, что при прочих равных условиях собаки высокого роста имеют более дальнее чутье. Примерную картину распространения запаха можно увидеть, если положить на открытом месте в невысокую траву тлеющий окурок и понаблюдать за распространением дыма. Это будет похоже на распространение запаха теплой птицы. В зависимости от погодных условий дальность чутья у одной и той же собаки может изменяться в 4 - 5 раз, поэтому, измеряя дальность причуивания, мы в большей степени будем измерять характеристики распространения запахов, чем силу обоняния собаки.

  Умение пользоваться чутьем приходит к собаке с опытом, его развитию способствует правильная работа с собакой в поле. Опытная собака должна уметь пользоваться воздушными потоками, заходить против ветра, чтобы обнаружить запах отбежавшей птицы. Она не должна ковыряться в жировках, пытаясь распутать следы, а верхним чутьем проверить, не затаилась ли птица на жировке, и если ее там нет, обрезать жировку и найти выходной след.

  Чутье еще подразделяется на верхнее и нижнее. Верхнее чутье - это работа по запаху самой дичи, нижнее - по запаху следа. У легавых ценится исключительно верхнее чутье, а работа по следу считается недостатком. Спаниель - в большей степени следовая собака, поэтому нижнее чутье не может считаться недостатком. Спаниель должен умело пользоваться и тем, и другим в зависимости от обстоятельств. Главное, чтобы собака работала на подъем птицы.

  Запах дичи очень волнует собак. Некоторым очень нравится его вдыхать, такие собаки готовы подолгу ковыряться в жировках. От этого они получают удовольствие как наркоманы. Это называется заслеженностью. В большей степени этому подвержены собаки, которые плохо знают охоту. Они не понимают, что конечная цель работы - подъем птицы под выстрел. Излечить заслеженность можно на охоте. Надо пострелять из-под собаки, дать ей подержать теплую птицу. Спаниели очень смышленые, собака быстро сообразит, что от нее требуется.

  ПОИСК

  Поиск спаниеля необходим для отыскания запаха дичи. В поиске спаниеля можно выделить быстроту, правильность и стиль хода.

 Быстрота - скорость, с которой собака обыскивает угодья. Типичный ход спаниеля - легкий галоп, все строение спаниеля предназначено для такого хода. Скорость галопа может быть разная в зависимости от твердости грунта, высоты травы, физического состояния собаки, ее тренированности. Естественно, чем быстрее поиск, тем большую площадь может обыскать собака, тем больше вероятность встречи с птицей. Но быстрота поиска должна согласовываться с чутьем, на быстром ходу собака с посредственным чутьем может проскакивать полосу запаха птицы, на успев ее причуять. В таком случае говорят: чутье не по ногам.

  Правильный поиск спаниеля - челнок с отходами не далее 30 м в стороны от ведущего, т.е. в пределах ружейного выстрела. При более узком поиске обрабатывается меньшая площадь угодий, при более широком часть птиц будет поднята за пределами выстрела. Расстояние между параллелями челнока должно равняться дальности чутья. Опытная собака точно определяет это расстояние. Такой поиск называется рациональным, собака без лишних затрат сил тщательно обыскивает угодья и находит максимальное число птиц.

 


фото: Семина Михаила

Опытные собаки часто сбиваются с правильного поиска, пропускают места, где, “по их мнению», птицы нет, и более внимательно обыскивают места наиболее вероятного нахождения птицы. Тогда говорят, что собака «мастерит». Если охотник уверен в мастерстве своей собаки, то в нем нет ничего плохого, наоборот, мастерство позволяет сэкономить время, не обыскивая заведомо неперспективные участки. На испытаниях, правда, такое мастерство не всегда приветствуется экспертами.

  Очень важным моментом в поиске является управляемость. Поиск должен быть управляем по направлению и ширине. Это позволит быстро навести собаку на перемещенную или сбитую птицу, найти подранка.

  Стиль хода - красота, гармоничность, рациональность движения собаки в поиске. Ценится легкий ход собаки с высоко поднятой головой, собака должна делать «свечи» в высокой траве, т.е. высокие прыжки. Такой ход не только красив, но и рационален. Легкость хода собаки означает, что она движется без особого напряжения, не затрачивает лишних сил. Высоко поднятая голова увеличивает дальность чутья. Свечи в высокой траве нужны собаке для ориентации.

  ПОТЯЖКА

  После того, как собака в процессе поиска обнаружит запах птицы, ей надо уточнить, есть ли здесь птица и где она затаилась. Собака переходит на потяжку. Потяжкой называется напряженное движение собаки с момента причуивания до уточнения места нахождения птицы. У легавой потяжка заканчивается стойкой или переходом в поиск, если птица не обнаружена. У спаниеля четко выраженная потяжка бывает только тогда, когда собака верхним чутьем обнаружит затаившуюся птицу.

Если спаниель нашел след или птица убегает, то в этом случае начинается следовая работа, которая существенно отличается от классической потяжки легавой. Задача собаки - отработать след и выйти на контакт с птицей верхним чутьем для последующего подъема. При следовой работе собака должна стараться найти саму птицу, не ковыряться в жировках, давая возможность птице убежать. Опытный спаниель на кругах обрезает птичьи наброды, находит выходной след, заходит на ветер и отыскивает запах самой птицы.

  Собака должна очень энергично отрабатывать след. Вялая следовая работа может не оканчиваться подъемом в течение долгого времени, птица все время будет отбегать. Правильная следовая работа отрабатывается в процессе натаски и охоты. Нельзя давать собаке долго ковыряться в набродах, надо заводить ее под ветер, чтобы собака верхним чутьем нашла запах самой птицы, или обводить вокруг жировок для нахождения выходного следа.

  ПОДВОДКА

  После обнаружения чутьем птицы спаниель должен перейти к подводке. Подводкой называется энергичное движение собаки в сторону птицы для подъема ее на крыло. Иногда собака делает подводку по сидке птицы, от которой идет сильный запах. Такая подводка называется пустой.

Пустые подводки чаще всего бывают по коростелю, который затаивается, западает, а когда чувствует, что собака его вот-вот настигнет, резко отбегает в сторону. Если собака недостаточно надежно удерживает птицу на чутье, то она этого не замечает и бросается в то место, откуда доносится наиболее сильный запах. Пустые подводки часто бывают у молодых собак, которые еще не научились в совершенстве пользоваться чутьем. При правильной натаске число пустых подводок уменьшается.

  Часто птица взлетает очень неохотно, старается убежать и затаиться. Поэтому подводка должна быть очень энергичной. Типичная подводка у спаниеля - бросок в сторону птицы с попыткой ударить или накрыть ее передними лапами. На подводке собака выставляет птицу под выстрел. Поэтому собака должна работать в полном контакте с охотником: не просто выпугнуть птицу, а выставить ее под выстрел. Высшим классом считается подводка с заходом на ведущего, когда птица вылетает от собаки прямо на стрелка.

  НАСТОЙЧИВОСТЬ

  Настойчивостью называется неутомимое преследование птицы или подранка в любых, даже очень крепких местах. Настойчивость - это охотничья страсть, помноженная на физическую форму собаки. Охотничья страсть - врожденное качество. Как любое врожденное качество, она может быть развита. Для этого надо собаку натаскивать и много с ней охотиться. Охотничья страсть может снижаться в породе. Замечено, что если какая-либо порода охотничьих собак долгое время велась как чисто декоративная, т.е. не производился отбор по охотничьим качествам, то часть собак становится в той или иной степени равнодушна к охоте.

  Спаниелям приходится работать в очень сложных условиях: в высокой траве, в болоте, в густом кустарнике, в воде. Такая работа требует больших затрат энергии. Для настойчивой работы собака должна быть в хорошей физической форме, в рабочей кондиции. Подготовленный спаниель может работать четыре-пять дней подряд без заметного снижения настойчивости. На охоте надо экономить силы собаки, не давать ей без толку носиться. Собака или должна быть в поиске, или идти рядом у ноги.

  ПОДАЧА

  Почему-то считается, что у спаниелей врожденная подача. На мой взгляд, это неверно. Их так же, как и других собак, можно обучить подавать любые предметы, в том числе и дичь. Некоторые собаки легко осваивают подачу, с другими приходится возиться. Большое значение имеет характер собаки, тип нервной деятельности, дрессируемость. Несомненно одно: терпение, упорная работа, стремление понять собаку позволяют отработать безукоризненную подачу.

  ПОСТАНОВКА

  Под постановкой понимают совершенство владения собакой приемами охоты. Хорошо поставленный спаниель должен иметь безукоризненное послушание, правильный осмысленный поиск, знать повадки дичи, быстро разбираться в следах, а самое главное - работать в полном контакте с охотником, работать на него. Собака должна понимать, что птицу надо выставить под выстрел, прикладывать все свое умение и таланты для достижения этого.

Существует множество подходов к постановке собаки. Один из крайних - это доведение выполнения всех приемов работы до полного автоматизма, когда собака становится как бы безотказным автоматом. Другой - когда собаке в поле дается полная свобода, естественно, при отработке достаточного послушания. На охоте ведущей является собака, охотник ведомый. Первый подход дает внешне очень эффектные результаты: до автоматизма отработанный поиск, безукоризненное послушание и подача. Но здесь подавляется индивидуальность собаки.

 


фото: Семина Михаила

При другом подходе индивидуальность раскрывается более полно, но человек является как бы продолжением собаки. Между этими крайними подходами существует множество других. Каждый владелец сам для себя определяет золотую середину.

  Хорошо поставить собаку - большой труд. Для этого требуется много времени, терпения, интеллекта. Но без процесса постановки не будет охотничьей собаки.

  ПОСЛУШАНИЕ

  Послушание - четкое, безотказное исполнение собакой команд ведущего. Команды могут отдаваться голосом, свистком или жестом. При охоте на сторожкую дичь, например тетерева или глухаря, очень важно управлять собакой очень тихо, чтобы не спугнуть птицу раньше времени. Для спаниеля на охоте основными командами будут остановочная, изменение направления поиска и движение рядом с охотником. В идеале тихий свист должен привлечь внимание собаки, она оглядывается на ведущего. Поднятая рука означает остановку, взмах рукой вправо, влево или вперед означает поиск в указанном направлении. Похлопывание по бедру - подойти к ведущему и идти рядом.

  Безотказное послушание зависит не только от терпения и квалификации дрессировщика, но и от врожденных способностей собаки, от уравновешенности и подвижности нервных процессов. Есть собаки, которые дрессируются очень легко, они охотно, как бы с удовольствием выполняют команды хозяина. С другими приходится повозиться, прежде чем они начнут четко выполнять команды.

У собаки надо выработать устойчивый условный рефлекс на команду и постоянно его поддерживать. На каждой прогулке, при выходе в поле необходимо закреплять основные команды, поощрять четкое исполнение лакомством, а отказ от выполнения - наказанием. Способность к дрессировке, как любое врожденное качество, передается по наследству. Поэтому при выборе щенка надо поинтересоваться, насколько хорошо были выдрессированы ее родители.

  ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

  Как сказал классик русской охоты, все охоты хороши! То же самое можно сказать и про породы охотничьих собак. Очень хорошо, что пород много. Каждый охотник, желая завести собаку, может выбрать ту породу, которая в наибольшей степени будет удовлетворять его запросам. Важно не торопиться с выбором, постараться понять, какая охота по душе, с какой породой получится такая охота. Очень хорошо бы посмотреть работу собак этой породы, только обязательно хороших собак, в поле. После этого можно начать выбирать щенка.

Спаниели - наиболее универсальные подружейные собаки, т.к. с ними можно успешно охотиться практически по всем видам пернатой дичи. Охота с хорошо поставленным спаниелем очень добычлива. Она очень эстетична, хотя и несколько уступает в этом плане охоте с легавой, зато более азартна. Когда спаниель берет след, некогда оглядываться по сторонам, надо поспешать за собакой и быть готовым к выстрелу.

Натаска собаки, подготовка к испытаниям и состязаниям не менее увлекательны, чем охота. Если вы увлечены охотой по пернатой дичи, цените эстетику в работе собаки, если вы азартны, хотите заниматься любимым делом с апреля по ноябрь, подумайте, может быть, спаниель именно ваша собака.

Олег Янушкевич 9 октября 2013 в 00:00

www.ohotniki.ru

Русский охотничий спаниель, почему именно он?

Я уже много лет охочусь со спаниелями. Первый прожил 10 лет. Он учил меня, как надо охотиться с этой породой, а второй вот уже девятый год доставляет мне радость общения и дарит незабываемые впечатления от совместной охоты, хотя далеко не всегда она бывает добычливой из-за моих промахов.

Впереди было все: и азарт в выслеживании добычи, и смешные истории, и эпизоды, в которых Бим удивлял меня своей разумностью, и его «обиды» на мои промахи, были и возвращения, что называется, без выстрела, но я не помню случая, чтобы у меня возникла досада на его плохую работу. Фото: Семина Михаила

Однако сразу же должен предупредить читателей: то, что я вам предлагаю, не наставление, я не кинолог и не специалист по подготовке спаниелей к охоте. Это просто попытка рассказать про моих четвероногих членов семьи и помощников на охоте. Рассказ о том, с чем мне, ранее не державшему собак, пришлось встретиться, чему ушастые помощники меня научили.

Почему я выбрал спаниеля? Охотиться я начал в 1970 г. в угодьях Малоярославецкого района, что на севере Калужской области, и все эти годы охотился только здесь. Первыми моими учителями были, конечно, книги.

Еще учась в школе в далеком 1944 г., проштудировал подаренную мне книгу «Спортивная охота». Первые выходы на охоту потребовали запастись хоть какими-то первоначальными знаниями. Стал искать литературу, а в те времена это было не так просто. Но мне повезло.

Один знакомый закончил охотиться и всю накопленную им литературу из «Библиотечки начинающего охотника» подарил мне. За неделю до открытия охоты прочитал все и нацелился в ближайший выходной искать перепела, в книгах советовали начинать с него, как с самого простого вида ходовой охоты. К полудню, промокнув от росы до пояса, исходил все близлежащие поля у станции Ерденево. Результат - видел две или три стайки перепелов, добыл только одного.

В следующий раз присоединился к моему другу Саше Осадчему (теперь он, конечно, уже Александр Иванович), охотничий опыт у него много больше моего. Возвращаясь с охоты, познакомились с человеком, на поводке у которого был курцхаар.

Оказалось, что Леонид Владимирович, так его звали, охотой увлекается много лет, держал спаниелей, а вот теперь охотится с легавой. В следующие выходы я уже шагал с ним. Учился охотиться с собакой, фотографировал, снял даже кинофильм. Леонид Владимирович охотно делился своим опытом, рассказывал об особенностях охоты на разную дичь.

В один из осенних выходов, когда с нами был и Саша, получился такой казус. Мы втроем шли по лугу, Райт, весь мокрый от росы, носился метрах в 20 впереди, искал коростелей. Вдруг сбоку от Саши вылетел дергач. Приятель вскинул ружье и выстрелил. Райт остановился и как-то недоумевающе посмотрел на нас. Леонид Владимирович отозвал курцхаара, взял его на поводок и голосом, в котором чувствовалась обида, но спокойно, сказал нам, что нельзя стрелять по дичи, не сработанной легавой, собаку можно испортить. Он забрал Райта и пошел на электричку, чтобы ехать домой. Охоту в этот день мы ему испортили. Когда он ушел, мы дружно решили, что заводить будем только спаниелей.

 


Возвращаясь с охоты, познакомились с человеком, на поводке у которого был курцхаар. Фото: Семина Михаила

А весной 1975 года мне подарили месячного щенка русского спаниеля. Я разыскал в охотничьей библиотечке книжку П.Ф.Пупышева «Охота со спаниелем» (М.: «Физкультура и спорт», 1957), она и стала моим первым (и до сих пор лучшим) руководством по воспитанию и натаске Бима-1, а потом и Бима-2.

Итак, у нас появился новый член семьи. Когда я в Москве поделился своей радостью с одним бывалым охотником, он «вылил на меня ушат холодной воды», сказав, что охота со спаниелем это просто трата нервов, и добавил: «Был у меня спаниель. Пару часов побегает, а потом лежит, устал. А иной раз даже до машины его нести приходилось». Потом я часто с сочувствием вспоминал это замечание. Ну не повезло человеку, что поделаешь. Своего друга мне лишь однажды пришлось нести, когда ему уже было 10 лет, но об этом позже.

В августе, с открытием сезона я охотился уже со своим спаниелем. А в следующем году и Саша приобрел спаниеля Бульку, официальная кличка - Жаклин. Впоследствии она стала бабкой моего Бима-2.

В первый раз мы вышли на луг у небольшой речки Суходрев. Чтобы приучить Бима к выстрелу, привязал его к дереву, отошел метров на 70-80 к стогу сена и выстрелил. Пока я уходил, Бим внимательно смотрел на меня, ожидая чего-то неизвестного. Когда же я вернулся и отвязал его, он стремглав бросился к стогу, у которого я стрелял. Обежал его несколько раз, все обнюхал и обернулся с таким удивленным видом, как будто хотел спросить: «Ну и что? Там же нет никого, зачем же стрелял?» В общем, оказалось, что я за него боялся больше, чем он сам.

Дальше пошла учеба, знакомство с теми пернатыми обитателями Калужской области, на которых разрешена охота. Так, у нас запрещена охота на тетеревов. Я приехал сюда в 1970 году, и уже тогда много лет охота на них была закрыта. Местные охотники говорили, что в «старые времена» были стаи тетеревов по 20 и более птиц. В 1970-73 гг. я еще встречал отдельных косачей, а «стаю» в три птицы видел только однажды.

В 1970 и 1971 гг. охотился на перепела, а после половодья 1973 года на этих полях перепел исчез, и охоту на него закрыли. Увидел вновь перепела в Малоярославецком районе лишь где-то в 1990 г., и то в 20 км от этих полей. Серые куропатки в 1970-71 гг. стайками по 3-5 птиц еще встречались по опушкам леса в 2-3 местах, но охота на них была закрыта. Потом и они исчезли, и вновь появились две стайки в 7 и 10 птиц уже в 1997 или 1998 годах.

 


Для меня мой спаниель - член семьи. Друг, с которым можно поболтать (он понимает много слов), поиграть, «отвести душу», когда устал от дневных забот на работе. Фото: Семина Михаила

Ну, так спрашивается, как же не закрыть охоту на ту дичь, которая и осталась-то в единичных количествах? Дупеля за 30 лет охоты (из них 19 лет со спаниелем) я видел только дважды. Да и то так неожиданно, что и стрелять не пришлось. Охота у нас открывается, как правило, во вторую субботу августа, а он, видимо, уже уходит южнее. Так что завидовать, прямо скажем, нечему.

Мы сами неумелым хозяйствованием привели угодья к тому, что имеем. Беззаботное отношение к природе дорого обходится нам, а еще дороже обойдется нашим внукам. Та дичь, что еще осталась, уходит туда, где ее не тревожат.

Таким образом, у нас с Бимом объектами охоты стали коростель, бекас, курочка и утка, а весной - вальдшнеп на тяге. Первые же выходы убедили меня в том, что русский спаниель недаром зовется охотничьим. Но, к сожалению, нашу совместную страсть пришлось отложить на четыре года. В январе 1977 г. я уехал в Африку на работу. Вернулся только в начале ноября 1980 г.

В первый же выходной мы с Бимом отправились в любимые утиные места. Но главным для меня было проверить, не забыл ли спаниель первые уроки. Охоту на уток он не забыл, а бекасы и коростели остались до следующей осени. Долгожданный август показал: то, что Бим успел запомнить по первым охотам, то осталось с ним. Несмотря на четырехлетний перерыв, он не потерял своих охотничьих навыков и до конца дней своих доставлял мне радость на охотах. Всегда был неутомим, всегда был готов к охоте, готов искать без устали весь день.

 


Первые же выходы убедили меня в том, что русский спаниель недаром зовется охотничьим. Фото: Семина Михаила

Сколько же раз я вспоминал того охотника, который с пренебрежением отзывался о спаниелях, и каждый раз решал, что просто ему такой спутник попался. В нашу последнюю охоту, где-то в конце октября или начале ноября 1984 года (кое-где уже лежали пятна серого осеннего снега), по дороге на электричку мы с другом остановились, чтобы разобрать ружья и уложить в рюкзаки. Бим лежал рядом.

Когда мы вскинули рюкзаки за спину и я позвал его: «Ну, пошли, Бим», он как-то жалобно посмотрел на меня, но встать не мог, замерз и дрожал. Я отдал другу рюкзак, поднял Бима на плечи. Но не прошли мы и ста метров, как он попросился на землю, видимо, отогрелся. Я опустил его, и он побежал, как всегда, впереди, словно и не замерзал. А в феврале 1985 г. у него случился инфаркт. Еще неделю мы продержали Бима на уколах, надеялись поднять, но не вышло.

Бим был крупным спаниелем, его рост в холке составлял 46 см, тогда как верхняя «норма», отмеченная у Пупышева, - 45 см. Возможно, потому он был достаточно силен, чтобы, не уставая, бегать весь день, лазить по болотам и плавать в холодной воде. Характер у него был очень дружелюбный. Бим был послушным и дома, и на охоте. Правда, на охоте он иногда, получив какую-то команду, удивленно смотрел на меня и надо было повторять, чтобы он ее выполнил. Но это случалось с ним в молодости.

Стоило выяснить, кто из нас главный в нашей «стае», как он начал слушаться беспрекословно. А «выяснение» произошло так. На прогулке Бим нашел кость. Я дал команду: «Брось, нельзя!», он не пожелал расставаться с добычей. Я схватил этот мосол и, повторяя команду «дай», попытался отнять. Бим зарычал на меня, зарычал по-настоящему. Я разозлился, прижал его к земле одной рукой, а другой отнял кость и «выговорил» ему злым голосом что-то вроде: «Ах ты такой-сякой, ты еще на меня рычать будешь! Как всыплю тебе, будешь знать, кто сильнее!» Бим присмирел, сразу как-то успокоился.

Я выбросил эту кость, а он даже не посмотрел в ту сторону. Позже я узнал, что для выяснения отношений в таких случаях надо схватить собаку за шиворот, приподнять (если можешь приподнять) ее и потрясти. Так делает вожак стаи с неподчиняющимися. Собака при этом испытывает сильнейший стресс, поэтому пользоваться таким способом можно лишь один, в крайнем случае два раза за время ее жизни.

Во время наших охотничьих выходов не обошлось, естественно, и без смешных случаев. Так, однажды, еще на заре охотничьих успехов Бима, я пробирался по меже на краю торфяной выработки. Выработка была старая, сплошь заросла травой, а местами виднелся и кустарник. Была осень, трава уже пожухла и слегла, обнажив местами черную почву, так что образовавшийся на дне настил легко держал собаку. Метрах в 10-15 впереди я заметил болотную курочку, перебегавшую из одного укрытия в другое.

Мой выстрел остановил ее. Бим бросился вперед и энергично забегал в поиске. Что же надо принести? А за курочками мы до этого случая не охотились, и он не знал эту дичь. Пришлось помочь ему. Я пробрался по меже и остановился там, где внизу на черном пятне торфяной почвы лежала добыча. В этот момент я не мог удержаться от смеха.

 


Показываю ему рукой на куст, пытаюсь растолковать, что утка там, за кустом. «Ну, сплавай же, Бим, тебе-то что, а я дальше не могу пройти». Фото: Семина Михаила

Представьте себе такую картину: охотник стоит на меже и не может спуститься, чтобы не завязнуть в болоте, а примерно на метр ниже по травяному насту растерянно бегает спаниель и не понимает, как выполнить команду «принеси». Бегает туда-сюда рядом с лежащей курочкой, едва не наступая на нее, временами останавливается и удивленно смотрит на меня. Вид такой, будто хочет спросить: «А что нести-то, небось, опять промазал?» Я начал бросать палки в курочку, но не попадал. Бим хватал каждую и нес мне. По команде: «Брось. Это не то, принеси птичку», - он выплевывал палку и вопросительно смотрел на меня. Так повторялось несколько раз. Наконец одна палка попала в курочку, и тут Бим догадался, чего я от него хочу.

В другой раз мы с ним шли по краю небольшого озерца. Берега его заросли кустарником, отдельные кусты и группки кустиков торчали из воды. Бим поднял утку, я ее отстрелял, и она упала за куст в пяти-шести метрах от берега. Бим кинулся в воду и начал челноком плавать перед кустом в поиске. Мои попытки подсказать ему, что надо заплыть за куст, ни к чему не привели, не помогли и брошенные палки. Бим упорно искал утку перед кустом. Пришлось отозвать его на берег.

Я разделся на случай купания, надел свои болотные сапоги, так как вода была уже холодной и плыть как-то не хотелось, поднял голенища и ступил в воду. Бим впереди меня опять начал челночить. Осторожно переступая с кочки на кочку, я двинулся вперед, надо же как-то доставать добычу. Когда осталось каких-то полтора-два метра до кустов, почувствовал, что еще шаг - и вода зальется в сапоги, несмотря на поднятые голенища.

Я остановился, а Бим все плавает впереди меня. Показываю ему рукой на куст, пытаюсь растолковать, что утка там, за кустом. «Ну, сплавай же, Бим, тебе-то что, а я дальше не могу пройти». И тут Бим как будто понял, спокойно заплыл за куст и вернулся с селезнем в зубах. Проплыл мимо меня на берег, положил утку, отряхнулся и стал с любопытством смотреть, как я выбираюсь из воды. Картинка, достойная мультфильма. Конечно, были и еще моменты, но всего не расскажешь.

Комичные случаи бывали с ним и дома. Так, однажды жена заметила, что Бим настойчиво ходит за ней. Несколько раз она отсылала его на место, но он вновь возвращался и продолжал ходить и «заглядывать ей в лицо». В конце концов жене это надоело, и она сердито выговорила ему: «Ну чего ты за мной ходишь? Ты уже поел, чего же ты еще хочешь?» Бим тотчас побежал на кухню. Жена, сидя в кресле, занялась своим делом. Слышит, что он опять пришел. Обернулась, а он стоит с пустой миской в пасти. Оказалось, что Бим хотел пить, а вода кончилась, вот он и принес миску, чтобы ответить на вопрос, «чего он хочет».

Что я вынес из общения со своим первым Бимом? Пожалуй, главное - надо доверять собаке. В начале наших вылазок, руководствуясь книжными рекомендациями не позволять собаке «ковыряться» в набродах, я постоянно отзывал Бима и переходил на новое место. Потом Бим все же доказал мне, что он не зря задерживался. Частенько он все же «выковыривал» бекаса и заставлял его подняться. Со временем я научился понимать собаку.

Если Бим стоит на берегу, подняв голову и «слушая» ветер, я уже не посылал его в болото, а только спрашивал: «Ну что? Ничего нет?», - и мы шли дальше. Если же там было что-то знакомое, Бим сам лез в грязь или плыл в камыши и «выковыривал» бекаса или выгонял утку. А если он задерживался на грязи, делал круги, возвращался и искал вновь, я стоял и ждал, приготовившись к выстрелу. Чаще он поднимал затаившегося среди комков земли бекаса.

 


Я считаю необходимым много внимания уделять воспитанию собаки или, если хотите, общению с ней. Фото: Семина Михаила

Помимо охоты Бим научился охранять бивак. Получилось это как-то неожиданно. Мы с друзьями выехали на несколько дней на рыбалку на озеро в Смоленскую область. Когда готовили место для лагеря, обнаружили ямку, куда предыдущие постояльцы аккуратно сложили около десятка пустых бутылок. Я заметил, что завтра можно будет сдать их и купить что-нибудь. Ночью Бим спал со мной в палатке, а утром обнаружилось, что бутылки исчезли.

Я шутя попенял Биму: «Что же ты, друг, проспал, а бутылки-то увели». Все последующие ночи Бим отказывался спать в палатке. Он устраивался у входа. И никто не мог приблизиться к лагерю незамеченным, Бим лаем предупреждал нас. Даже ежи и те не оставались без внимания. Но на них он лаял иначе, и по голосу было понятно, что в темноте бродит не человек. В целом могу сказать, что охота с собакой приобрела для меня совсем другой смысл.

Когда Бима не стало, жена несколько лет оплакивала его, да и сейчас она нередко вспоминает любимца, но уже без слез. Вспоминает и сравнивает с новым Бимом. А тогда она убежденно говорила, что больше никогда не заведет собаку, очень больно, когда она умирает. Не помогали никакие слова. Я не был столь категоричен. Мне хотелось завести нового помощника, но останавливало, во-первых, мнение жены.

Когда живешь один, то все решения, даже неправильные, принимаются единогласно, а в коллективе, тем более в семье, нужно, как теперь говорят, искать консенсус. А во-вторых, неизвестно, у кого брать щенка. К этому времени я уже кое-чему научился и понимал, что если брать собаку, то только от рабочих родителей. Спаниелей у нас в городе много, но это декоративные собаки «для дома, для души», и все они кокеры, а мне хотелось собаку из спрингеров, выше ростом, как Бим.

Время шло, а оно, как известно, - лекарь. Через несколько лет жена согласилась с мыслью, что когда-нибудь у нас будет новый Бим, именно Бим, потому что против «невест» она была настроена решительно. И вот в конце июня 1992 года прихожу после работы домой, а на лавочке у дома сидит Саша с коробкой из-под обуви. Поздоровались. Он говорит: «А я привез тебе щенка». И открывает коробку. Я увидел малыша.

Тут как раз подошла жена, заглянула в коробку, взяла этот маленький белый комочек в руки и поднесла к лицу. Щенок лизнул ее и ... Как она потом рассказывала: «Смотрю, в коробке лежит маленький такой, беленький. Когда он лизнул меня, я сразу вдруг почувствовала: мой он, ну мой, и все».

Так у нас появился Бим-2. Его привезли самолетом из Байконура Сашины друзья. С новым Бимом началась и новая жизнь. Действительно «новая», хотя некоторые эпизоды в чем-то повторяли прошлые, но мы с женой смотрели на них уже с высоты накопленного опыта. У жены это «новое» выразилось прежде всего в том, что постепенно исчезли грустные вздохи, появилась необходимость дополнительных забот. Но еще долгое время жена не просто смотрела на малыша, она вольно или невольно сравнивала его с тем, который был любимым и которого не стало.

Но постепенно Бим-2 заслонил своего предшественника, не вытеснил, нет, лишь заслонил и, конечно же, стал любимым. Таково женское сердце. Со мной проще. Я как-то сразу с радостью принял щенка «в свою стаю» и уже видел его и себя на будущих совместных охотах. Не скрою, я тоже сравнивал этого Бима с тем, да, пожалуй, и до сих пор иногда сравниваю, но это какое-то иное сравнение.

 


Сколько же раз я вспоминал того охотника, который с пренебрежением отзывался о спаниелях, и каждый раз решал, что просто ему такой спутник попался. Фото: Семина Михаила. Фото: Семина Михаила

К открытию охоты Биму исполнилось всего три месяца, а книги рекомендуют начинать охоту с шести месяцев. Во второй половине сентября, когда щенку было почти четыре месяца, я все же взял его с собой. Разумеется, я не рассчитывал на настоящую охоту, мне хотелось посмотреть собаку, как говорят, в деле, прикинуть, чего от нее можно ожидать.

Пришли мы на скошенный луг у небольшой речки, где всегда держались бекасы. Первый тест на отношение к выстрелу Бим выдержал блестяще. Как только я вернулся к нему и отстегнул поводок, Бим бросился туда, где я стрелял, и начал торопливо обнюхивать кочки. Потом мы с ним обошли всю скошенную часть луга, он усиленно искал, хотя еще не знал запаха ни одной птицы. Через неделю в этих же местах он познакомился с бекасом.

Я отстрелял его, дал Биму понюхать и подержать в пасти. Следующий бекас упал в высокую траву, мне она была выше пояса. Показал Биму, где искать, и через несколько минут он отыскал его. Каждую неделю мы с ним выходили на охоту. Обследовали знакомые луга и болота. Теперь он уже знал бекасов и других куликов.

Где-то во второй половине октября мы охотились на большом, около километра длиной пруду, в котором разводят карпов. Чтобы забрать рыбу, в сентябре воду из пруда сбрасывают, и тогда на обнажившихся пологих берегах собираются стайки бекасов и уток. Метрах в ста впереди между кочками, поросшими кустиками низкой травы, я увидел крупную птицу и решил «познакомить» Бима с ней.

На открытом берегу скрыться негде, и я начал двигаться по полукругу, медленно, исподволь приближаясь к птице. Бим продолжал искать бекасов метрах в 15-20 от меня. Когда до птицы оставалось примерно 70 метров, она взлетела и переместилась метров на 100. Это был гусь. Путевки на отстрел гуся у меня не было, и я решил просто «натолкнуть» Бима на него, чтобы он знал и эту дичь. Гусь внимательно следил за собакой и несколько раз перемещался.

Не видя опасности, он довольно близко подпускал и Бима, и меня. Последний раз гусь опустился на грязевую косу, глубоко вдающуюся в пруд. Бим продолжал обыскивать кустики травы, сместился к началу косы и приблизился к птице метров на 10. Не обращая никакого внимания на гуся, он выслеживал бекасов. Картина была очень комичной.

Посредине грязевой косы, на совершено открытом месте стоит гусь с вытянутой вверх шей и, несколько склонив набок голову, следит за собакой, а примерно в 10-15 метрах от него собака ростом не более его самого, утопая по колено в грязи, усиленно обыскивает островки травы, совершенно игнорируя такую большую птицу.

Наконец, гусю эти игрушки надоели, он поднялся и улетел на другую сторону пруда. Мы с Бимом не пошли за ним. Тут я убедился, что грязи мой Бим не боится и по крайней мере полдня без устали может «выковыривать» оттуда дичь. У меня отпала необходимость самому лазить по колено в грязи, чтобы поднять птицу.

К весне Бим подрос, и на первой в его жизни выводке охотничьих собак Малоярославецкого района получил за экстерьер оценку «очень хорошо», а летом на городской выставке заработал серебряную медаль. В следующем сезоне он познакомился с утками и вальдшнепами. Почувствовав себя «взрослым» работником, Бим перестал играть на прогулках с другими собаками и начал даже порыкивать иной раз на какого-нибудь молодого пса, чересчур настойчиво пристающего к нему. Впереди у нас были новые сезоны, новые охоты.

Впереди было все: и азарт в выслеживании добычи, и смешные истории, и эпизоды, в которых Бим удивлял меня своей разумностью, и его «обиды» на мои промахи, были и возвращения, что называется, без выстрела, но я не помню случая, чтобы у меня возникла досада на его плохую работу.

Сейчас, когда позади уже 19 лет охоты с собакой, могу сказать, что русскому спаниелю приходится работать в различных по тяжести условиях: от скошенного луга до лесных полян, перелесков и лугов с травой по пояс, а то и по грудь, до топких, заболоченных берегов озер и речек, где охотник проваливается по колено, а собака работает буквально «по брюхо» в грязи.

То есть у меня сложилось твердое убеждение, что в наших краях русский охотничий спаниель должен быть рослой и сильной собакой, что поможет ему работать в тяжелых условиях весь день охоты, не заставляя хозяина делать лишние перерывы на отдых.

Естественно, если кто-то собирается охотиться только в местах, где условия для собаки не тяжелые, то можно выбрать и кокер спаниеля или иметь двух собак для разных охот. П.Ф.Пупышев писал, что высокие травы труднодоступны для маленьких собак типа кокера и что нам нужен спаниель, имеющий рост 36-44 см. «Очень крупные собаки (типа понт-одемер) нам также нежелательны, ибо тогда нет смысла иметь спаниеля, а проще завести сеттера». С.Тамман («Советы начинающим охотникам». Тула, Приокское книж. изд., 1970, 230 с.) считал, что нужен спаниель ростом 38-45 см (речь идет о кобелях, суки на 2 см ниже). Ну что ж, о вкусах не спорят.

 


Когда Бима не стало, жена несколько лет оплакивала его, да и сейчас она нередко вспоминает любимца, но уже без слез. Фото: Семина Михаила

Мой опыт показал, что лучше, если рост собаки будет не ниже 45-46 см. Было бы неплохо в разрабатываемом ныне стандарте русского охотничьего спаниеля учесть это и поднять верхнюю планку роста кобеля до 48 см, учитывая, что стандарт будет действовать не менее десяти лет, а возможно, и больше, учитывая также возможную «акселерацию» наших будущих помощников.

На этом можно было бы и поставить точку, но хочется отметить еще один момент. Я считаю необходимым много внимания уделять воспитанию собаки или, если хотите, общению с ней, особенно если в семье есть маленькие дети. Оцените сами.

Сезон охоты со спаниелем по птице в наших краях длится с середины августа и примерно до 10 ноября, когда замерзают пруды и реки, когда уходят последние утки, вальдшнепы и гаршнепы. То есть на охоту отводится не более трех месяцев, включая 10 дней весной. А остальные 9 месяцев собака просто «безработный» член семьи.

Конечно, кое-кто и на зайцев ходит со спаниелем. Пока снеговой покров не высок, я и сам ходил не раз (безуспешно). Но согласитесь, что это все-таки экзотика. Кстати, во время работы в Африке местные жители, узнав, что я любитель охоты со спаниелем, рассказывали, что с этими собаками у них (Ангола) охотятся даже на львов.

Как правило, спаниели отличаются добрым нравом и всю жизнь веселы, охотно дружат с детьми и позволяют им гладить себя. В то же время на жизнь хозяев накладываются определенные ограничения. Так, беря щенка в семью, в городскую квартиру, надо с самого раннего детства приучать его жить в «коллективе», а уж потом приучать к охоте.

Я намеренно почти не применяю слово «натаска», в нем мне слышится какая-то казенщина и жесткость в общении. За этим термином видится человек-хозяин, для которого собака всего лишь «орудие производства», служащее для удовлетворения страсти хозяина к добыче дичи или, по словам одного спаниелиста, «машина».

Для меня мой спаниель - член семьи. Друг, с которым можно поболтать (он понимает много слов), поиграть, «отвести душу», когда устал от дневных забот на работе. Собака, как говорил академик Амосов, - «хорошая отдушина». Я - за дисциплину поведения и четкость в исполнении команд. На всю жизнь остался в памяти лозунг, висевший у моей койки в военном училище: «Приказ начальника - закон для подчиненного. Приказ должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок».

Но я против насилия, этим можно только озлобить собаку. Она будет бояться хозяина, и настоящей дружбы не получится. Лучше, если она будет знать, что раз дана команда стоять, значит, это зачем-то надо и команду следует выполнить. Чтобы добиться желаемого, я применяю принципы: «это нельзя всегда», «это можно только по разрешению (команде)».

Используя опыт содержания Бима-1, я продумал, что можно, а что нельзя, и, воспитывая Бима-2, стараюсь никогда не отступать от этого правила.

А в заключение хочу сказать: я очень рад тому, что остановил свой выбор на спаниеле, а судьба и мой друг подарили мне этих собак. И могу заметить только одно: «А зачем мне легавая, если мне нужен русский охотничий спаниель!» У каждого свой вкус.

Ревнут Головко 17 февраля 2016 в 19:30

www.ohotniki.ru

Охота с русским спаниелем

Охотничья собака – это ключ от дверей, которыми закрываются от человека в природе звери и птицы. М. М. Пришвин

Почти каждый охотник желает заиметь себе такого верного  партнера по охоте, как собака, но не у каждого есть возможность. В этой статье речь пойдет о русском охотничьем спаниеле, который прекрасно уживается в квартирных условиях и может стать любимчиком всей семьи. Его красота придется по вкусу детишкам и женам, а прекрасные рабочие качества, верность и преданность – мужской.

Герой этого рассказа, русский охотничий спаниель по кличке “Чак”, опытный пес с большим послужным списком, готовый пойти и в огонь и в воду за своим хозяином. Знакомьтесь!

Чак любит попозировать!

В его глазах читается просьба поскорее пойти на охоту!

Уже искупался на “бобрином озере”!

Охота с русским спаниелем особая, очень увлекательная, спортивная и добычливая. Эта азартная, выносливая, энергичная порода с хорошим чутьем отлично работает по: дупелю, бекасу, болотной курочке, коростели, кроншнепу; перепелу, серой куропатке; конечно же по уткам и гусям, а также по тетереву, вальдшнепу, куропатке, рябчикам и даже по глухарям.

Поговорим о родной стихии спаниеля о воде, а соответственно и о водоплавающей диче. У этой породы наравне с рабочими качествами врожденна любовь к воде, она их притягивает, поэтому даже не сомневайтесь, собака достанет сбитую дичь из воды, даже из очень холодной воды. Но наиболее интересная работа спаниеля проявляется на охоте с “подхода”. Преодолевая все труднопроходимые места, спаниель найдет и поднимет охотнику уток, а после удачного выстрела еще и принесет добычу.

Все прошнырит!

Принес из воды и положил, молодец!

Не расстраивайся хозяин, что промазал по утке, принесу тебе кувшинку!

Любимое занятие Чака после купания, поваляться в траве, обтереться!

Кстати, русский спаниель крепок собой и может достать из воды и более весомый трофей, например бобра, что Чак успешно продемонстрировал нам однажды на охоте. Вес того бобра превосходил вес собаки и после двух безуспешных попыток, на третьем заходе бобер оказался на берегу.

Охота в лесу на боровую дичь со спаниелем не менее интересная и, конечно же, более добычливая, чем без собаки вообще. Чак работает, не теряя из вида охотника, прошныривая часть леса, унюхивает наброды, берет след дичи и поднимает ее на расстояние выстрела своими коронными прыжками. Спаниель не подает стоики, а сигнализирует охотнику о наличии дичи резким изменением хода и быстрым вилянием хвоста.

Где же дичь? Все равно найду!

А вот и дичь, сказал же что найду!

В лесу работать спаниель может не только по птице. Как- то раз, обрабатывая окраины леса вдоль дороги, Чак резко сорвался и скрылся в лесной чаще, а через мгновение на дорогу под выстрел выгнал зайца.

Помни,помни, заслужил!

Итак, русский спаниель наиболее универсальная подружейная собака, охотиться с ним можно практически по всем видам пернатой дичи. Охота с хорошо поставленным спаниелем очень результативна. С ним Вы не упустите подранка и всегда найдете сбитую по темноте птицу.

Чак в ожидании рыбаков

Собираемся домой. Чак все понимает и тоже загрустил.

Всем спасибо за просмотр. 

hunfis.ru

Book: Русский охотничий спаниель

В Европе спаниели были достаточно распространены и весьма успешно использовались на охоте. В России также уже с середины XVIII в. стали появляться экземпляры различных спаниелей, но в качестве охотничьих собак их не использовали, им была отведена роль милых спутников на прогулках, домашних любимцев.

По-настоящему история спаниеля в России началась в 1885 г., когда страстному охотнику великому князю Николаю Николаевичу из Англии был прислан черный кокер-спаниель по кличке Дэш.

Следом за ним в России появились и другие спаниели, в основном кокеры. Приобретали их первоначально, как правило, люди состоятельные, а владельцами потомков знаменитого Дэша были только лишь представители императорской фамилии или приближенные к ним лица. Охотников среди них можно было перечесть по пальцам, да и те увлекались в основном псовыми или травильными охотами, так что «делом своей жизни» спаниелям заниматься почти не приходилось. В силу определенного консерватизма, присущего многим завзятым охотникам, в качестве охотничьих собак спаниелей не признавали достаточно долгое время.

Наиболее популярным видом охоты в России была охота «по перу» с использованием классических островных легавых: сеттеров, пойнтеров, причем как раз в тот момент имело место вытеснение местных потомков гладкошерстных русских легавых островными породами.

А иногда бывавшие тихоходными, с малым радиусом поиска, спаниели были неинтересны поклонникам охоты на вольных просторах лугов, полей, болот, среди высокой травы и кочкарника. Вести же настоящую селекционную работу с единичными экземплярами разных спаниелей не имело смысла. В первом десятилетии XX в. в Петербурге едва насчитывалось в общей сложности 50 этих собак. Но тем не менее число их, особенно кокеров и в меньшей степени спрингеров, росло и на них невольно стали обращать внимание.

Показателем растущей популярности спаниелей в России могут служить Петербургские выставки охотничьих собак. Так, в 1885 г. среди всех охотничьих пород был один спаниель, императорский Дэш. В 1890 г. из Англии был привезен кокерспаниель Джим, в 1891 г. – суссекс, в 1900 г. среди 657 собак спаниелей насчитывалось около 10, в 1909 г. на выставке, проводившейся в Михайловском манеже, экспонировалось уже 20 спаниелей: 7 кокеров, 1 спрингер, 3 фильда, 4 кламбера и 5 особей, называвшихся просто спаниелями. А в 1910 г. было продемонстрировано уже 49 спаниелей; среди них преобладали черные (потомки Дэша), черно-подпалые, трехцветные кокеры.

Также на этой выставке можно было встретить желто-пегих потомков первых кламберов и впервые появившихся черно-пегих (белых с черными пятнами) и черно-пегих шиммель (с черным крапом и мазками, иначе говоря, серо-мраморных).

В последующие 10 лет наблюдалось явное падение интереса к этой группе собак, что скорее всего было связано с отсутствием выраженных породных типов. Начиная же с середины 1920-х гг. прошлого века спаниели снова привлекли к себе внимание любителей охотничьих собак.

Серо-мраморный спаниель

В это время появились в России 2 великолепных кокера: черно-пегая сука Рези Вельдмана и знаменитый черный Джолли из Шотландии, сыгравший в истории российских спаниелей роль не меньшую, чем знаменитый Дэш.

Надо сказать, что появление в Петрограде этого кобеля чуть не стало роковым для всего поголовья спаниелей в этом регионе. Джолли был настолько хорош, что его стали неумеренно использовать в вязках, в результате 90% всех спаниелей, показанных в 1926 г. на Ленинградской выставке, являлись его родственниками.

Спаниелями в Ленинграде в то время занимался С.П. Миклашевский, очень образованный человек и страстный охотник, фанатично преданный этой породе собак. Видя, что из-за неумеренного инбридинга знаменитого Джолли ленинградское поголовье заходит в тупик, он выписал из Германии еще двух производителей: черно-пегого полукокера-полуспрингера Альба фон Блюменталь и черного кокера Цезаря фон дер Шмих. Вот эти два немецких кобеля вместе с шотландцем Джолли заложили породную основу не только ленинградских, но и московских русских спаниелей.

Таким образом, уже к концу 1920-х гг. чистокровных спрингеров и кокеров в России практически не было, за исключением тех, которые были привезены из-за границы, да и то Альба фон Блюменталь был, как уже упоминалось, помесью. Так что на тот момент речь скорее всего могла идти не о породе, а о типе кокера или спрингера.

В 1930-х гг. в Ленинграде появилось несколько привезенных из Европы спрингеров, свежая кровь которых оказала благотворное влияние на увеличение роста и высоконогости российских собак породы

Согласно результатам работы экспертов, принимавших участие в судействе выставок в то время, сложно было встретить разграничения этой группы по породам. Но нашлись энтузиасты, истинные ценители этой породы, которые вели целенаправленную работу по формированию нового типа спаниеля.

Массовый завоз спаниелей в Россию, особенно в Москву, начался после Великой Отечественной войны, поэтому, если судить о формировании породы российских охотничьих спаниелей по появлявшимся в печати статьям того времени, то создается превратное впечатление, что порода начала формироваться только в начале 1950-х гг.

На самом деле к концу 1920-х гг. в Ленинграде существовало немалое поголовье достаточно похожих по экстерьеру собак, то есть уже смело можно было говорить о новом породном типе спаниеля.

Новый тип российского спаниеля, в особенности ленинградское поголовье, создавался на основе четкой и продуманной селекционно-племенной работы, которую проводили уже упоминавшийся С. П. Миклашевский, С. Н. Линчевский, Д. Л. Шведе, А. С. Любош, а в послевоенные годы – А. С. Любош и Н. Е. Поликарпов. Это были в высшей степени образованные, интеллигентные, грамотные в вопросах кинологии люди, сумевшие собрать возле себя таких же энтузиастов и пропагандистов подружейной охоты со спаниелем; среди них были и В. В. Бианки, и Е. И. Чарушин, с детства хорошо известные всем любителям художественной литературы о природе. К сожалению, никого из них уже давно нет в живых.

Выведению новой породы предшествовала долгая селекционная работа

Таким образом, порода создавалась целенаправленно, на научной основе. При этом заводчики внимательно изучали опыт работников ведущих кинологических питомников мира.

1929 г. – это год проведения первых полевых испытаний спаниелей по боровой и болотной дичи. Победителями вышли «боровые» охотники, видимо, сказалась кровь привозных кокеров из Германии.

В 1929 г. на проводившейся в Ирландии выставке член экспертной комиссии судья Хислин отметил, что представители ленинградского поголовья «отличаются сухими, хорошего рисунка, элегантными головами, свободными энергичными движениями, крепкими колодками», и дал им в своем заключении самую положительную оценку.

К концу 1930-х гг. спаниели уже завоевали любовь россиян. Однако не все шло гладко. Небольшие, очень симпатичные собачки типа кокер неожиданно стали модными среди женщин, и спаниели оказались под угрозой превращения в комнатных собачек. Сразу началась некоторая декоративизация экстерьера: заметно снизился рост, шерсть приобрела волнистость и даже кудрявость. Это отметил и известный эксперт А. С. Тюльпанов, неоднократно в то время судивший спаниелей на выставках.

В то же время немногочисленные спаниели типа спрингер по-прежнему оставались в мужских руках, в большей степени использовались на охоте, сохраняя свой «рабочий» облик. Именно они впоследствии и оказали влияние на облик современного русского охотничьего спаниеля.

Вместе с тем кровь кокеров и спрингеров все больше смешивалась, продолжалась работа по созданию собаки небольшого роста, но относительно длинноногой. Потомков спаниелей разных пород, завезенных в Россию в конце позапрошлого века, старались максимально приспособить к охоте на российских болотах и заливных лугах.

Ленинградские спаниели по своей численности не уступали другим подружейным группам пород, история использования которых в России была намного более давней. На предвоенных выставках в Ленинграде экспонировалось от 30 до 33 спаниелей. Немалым в те годы было и поголовье этих собак в Москве и Свердловске (сегодняшнем Екатеринбурге).



В 1939 г. спаниелисты отметили десятилетие со дня первых полевых испытаний, итог которых был весьма обнадеживающим – 98 рабочих дипломов, что было совсем неплохо для формирующейся охотничьей породы.

Неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба будущего русского спаниеля, если бы не Великая Отечественная война. В Ленинграде на последнюю предблокадную выставку (20-22 июня 1941 г.) было записано 33 спаниеля, выведено – 5. Многие владельцы охотничьих собак сразу после выставки отправлялись в военкомат записываться добровольцами на фронт. Открывалась новая, печальная страница в истории породы. Не вернулся с фронта неутомимый натасчик, известный спаниелист Н. В. Бычков, умер в блокаду С. Н. Линчевский, погиб Д. Л. Шведе.

Ощутимый урон понесло кровное собаководство во время войны, на несколько лет приостановилось и выведение новой породы – русского охотничьего спаниеля. Очень небольшое количество спаниелей, да и других породистых собак выжило после войны, но от них уже в марте 1945 г. появилось первое чистокровное, породистое потомство. Новое поколение несло в себе кровь уже упоминавшихся Альбы фон Блюменталь, Цезаря фон дер Шмих и Джолли. Полученные в результате черно-пегие собаки внешне представляли собой помесь спрингеров и кокеров.

Щенок русского спаниеля черно-пегого окраса

Спаниели нового поколения черного окраса были ближе к настоящим кокерам. К сожалению, в последующие послевоенные годы поголовье спаниелей и в Ленинграде, и в Москве стало очень разнотипным из-за ввозимых трофейных спаниелей.

Многие собаки привозились без документов, среди них были в основном кокеры, но встречались и типичные суссексы, кламберы и фильды, а также спрингеры. Были и прекрасные экземпляры с длинными родословными, и собаки, принадлежность которых к какой-либо конкретной породе спаниелей определить было достаточно сложно, чье происхождение было сомнительным.

С 1945 г. сектор спаниелей в Ленинградском областном обществе кровного собаководства (ЛООКС) возглавлял А. С. Любош, автор книги «Охотник из города». К сожалению, сейчас это издание – библиографическая редкость.

Для того чтобы вести племенную работу с отдельными породами, нужен был качественный племенной материал, тем более что сформированный в довоенные годы тип российского спаниеля существовал, и главной задачей стало не потерять его в потоке бессистемно завозимых собак, но в таковом материале также ощущалась нехватка.

В Москве разведением спаниелей занимался прекрасный знаток породы и один из опытнейших экспертов В. Л. Вагин, и хотя по некоторым вопросам взгляды на породу у москвичей и ленинградцев расходились, генеральное направление в создании русского спаниеля было единым. Обмен племенным материалом под руководством Вагина способствовал выработке единообразия среди российского поголовья, формировавшегося в ведущих кинологических центрах, прежде всего в Москве и Северной столице.

Первый стандарт на новую отечественную породу охотничьих собак – русского охотничьего спаниеля – был утвержден в 1951 г. и, несмотря на усмешки многих противников этой породы, считавших, что название «русский спаниель» само по себе звучит несколько несуразно, порода состоялась, завоевывая с каждым годом все больше и больше приверженцев.

В 1966 г. появился несколько измененный, обновленный стандарт, и хотя по показателям высоты, собаки по-прежнему наблюдалось много несоответствий, отсутствовало единоообразие, стандарт содержал много спорных определений, неточностей в описании экстерьера, допускал различные толкования недостатков, он все же был принят.

Данный стандарт допускал значительную разнокачественность в породе, что способствовало появлению региональных типов, настолько заметно отличающихся друг от друга, что порой вызывало сомнение, одна и та же ли это порода.

По этой причине экспертам на выставках иногда бывало достаточно трудно объяснить владельцам собак и руководителям породы, почему их собаки далеки от желаемого типа. В 2001 г., когда первому стандарту данной породы исполнилось 50 лет, был подготовлен проект нового, в большей степени отвечающего задачам совершенствования породы.

www.e-reading.mobi

Особенности русского охотничьего спаниеля. Русский охотничий спаниель

Особенности русского охотничьего спаниеля

Отсутствие стойки для невысокой собаки, работающей в высокой траве или густом кустарнике, не недостаток, а достоинство, как утверждают специалисты – заводчики русских охотничьих спаниелей.

Они объясняют это тем, что таким образом собака не тратит время на картинную стойку, но происходит практически моментальный выгон затаившейся дичи и поднятие ее под выстрел.

На охоте русский спаниель чувствует себя в своей стихии

Разумеется, при этом не наблюдается так восхищающая многих стильность, отличающая работу островных легавых, но есть своя прелесть в азартном поиске, коротком взлаивании на горячем следу, выпрыгивании свечкой из высокой травы, чтобы поймать ускользающий запах птицы и одновременно скорректировать свои действия с хозяином.

Немало радости приносит охотнику длинноухий партнер, старательно и деловито несущий битую птицу, а иногда волоком тянущий добычу, едва не превосходящую его по своим размерам, – гуся или глухаря. Все грамотно натасканные спаниели приучены к тому, что падающая после выстрела птица может принадлежать только хозяину и ее надо ему незамедлительно доставить.

Такая старательность иногда приводит к тому, что собака собирает и чужие трофеи, упавшие в воду, независимо от того, с какого берега и кем был произведен выстрел; естественно, что все тушки приватизируются и доставляются хозяину.

Однако следует учесть, что часто встречающийся в специальной литературе термин «врожденная подача» не означает, что данная функция охотничьего спаниеля не нуждается в отработке.

Очень часто по этой причине многие спаниели с прекрасными охотничьими задатками и блестящими родословными по вине легкомысленных владельцев оказываются неполноценными помощниками, не выполняя одной из своих основных породных задач – подачи. Это происходит, потому что их владельцы не отрабатывают у собаки этого умения либо не знают, что подача спаниелем дичи – результат длительных и регулярных тренировок.

Охотник без собаки теряет много подстреленной дичи из-за невозможности добраться до нее по воде или через бурелом, охотник со спаниелем, обойдя на следующее утро все участки, где стояли менее удачливые стрелки, собирает всю утерянную дичь.

В печатных пособиях для охотников спаниеля часто представляют как универсальную породу для всех видов охоты на дичь и даже рекомендуют его для охоты на зайца. Но это не совсем так. В тяжелых условиях бродовой утиной охоты среди густых зарослей тростника или камыша, при сильной заболоченности берегов, глубоких топях эффективнее использовать континентальных легавых или лаек, которые являются собаками более сильными, крупными и могут доставать до дна там, где спаниелю приходится плыть. Спаниели настолько азартны и страстны, что, даже выбиваясь из сил, будут пробиваться через стену тростника или часами плавать в холодной воде в поисках уток. Но таким образом хозяин рискует здоровьем собаки и сокращает срок ее охотничьей службы.

Известен случай, когда у спаниеля начались сильнейшие судороги во время охоты на уток в холодной воде озера в ноябре. Чтобы избежать повторения подобного инцидента, рекомендуется привязывать спаниелей в сухом месте, посылая в воду только на подачу.

Большинство охотников – хозяев спаниелей хотя бы раз в жизни стреляли из-под своей собаки зайца. Но, конечно, ни один даже самый быстроногий и талантливый спаниель никогда не заменит гончую. Также и на пушных зверьков, когда требуется раскапывать норки, лучше ходить со специально обученными этому лайками.

Однако, по мнению специалистов, нет ничего прекраснее, чем охота со спаниелем на болотную дичь, вальдшнепа, перепела, боровую птицу. Здесь блестяще реализуются все его задатки, породные особенности, страсть и мастерство, появляющееся с опытом.

Спаниель обладает целым рядом качеств, позволяющим ценить его не только как неутомимого помощника на охоте, но и как веселого, жизнерадостного и приятного товарища. Он очень ласков и предан, старается принимать самое горячее участие во всех событиях, происходящих в семье, норовит усесться рядом на диване, в кресле, замирает в крайне неудобной позе, лишь бы касаться самого дорого на свете существа – своего хозяина.

Для спаниеля нет большего счастья, чем всюду следовать за хозяином: лежать у него на коленях, когда тот работает за письменным столом, бежать впереди, когда он идет к телефону. Любители более спокойных пород собак считают спаниелей слишком назойливыми. Но такова суть этой породы, ее врожденные качества.

Нет собаки более преданной, чем русский спаниель

Но никакие диваны, никакие домашние удобства не заменят спаниелю охоту, страсть к которой для непосвященных кажется удивительной. Он внимательно следит за всеми действиями хозяина, предполагая охотничий выезд. Если тот переставил с места на место ружье, рюкзак, болотные сапоги, от собаки не будет покоя – она будет метаться по квартире, путаться под ногами или устроится у входной двери и будет ждать там.

Несмотря на ласковый и веселый нрав, русские спаниели – прекрасные сторожа. Иногда они в своем стремлении охранять все, принадлежащее хозяину, причиняют ему немало неприятностей.

Злоба к людям классифицируется у спаниелей как порок, на выставках агрессивные собаки могут быть оставлены без оценки, несмотря на блестящие экстерьер и заслуги на полевых испытаниях. Поэтому при воспитании спаниеля следует обратить особое внимание на выработку у него спокойного и доброжелательного отношения к окружающим.

Характеристика русского спаниеля и его послужного списка была бы неполной без упоминания еще об одной современной его специализации. Русские спаниели отлично зарекомендовали себя в качестве служебных собак на военной и пограничной службе.

Военные используют их для обнаружения взрывчатых веществ, милиция – наркотиков, успешно работают с собаками этой породы и работники таможенной службы.

Русских спаниелей ценят за добрый нрав (при досмотре на таможне их не боятся пассажиры), за активный охотничий поиск в обследуемом помещении, за отличное чутье и рабочий азарт.

Стремление спаниеля обязательно найти объект, за которым его послали (спрятанные наркотики или взрывчатку), приводит порой к тому, что неутомимого помощника приходится уносить на руках, в случае если ничего подозрительного обнаружено не было. В настоящее время у заводчиков русских охотничьих спаниелей хорошие рабочие контакты с таможенными службами России, и грамотно тренированные собаки успешно справляются с поставленными перед ними задачами, а их тренеры получают благодарности от новых владельцев спаниелей и новые заявки на щенков.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

pets.wikireading.ru

Такой разный спаниель - Охотники.ру

Спаниели — породная группа подружейных собак, созданных для работы в крепях без стойки, а также обязательно апортирующих дичь. Казалось бы, охотничье предназначение породной группы давно определено, спаниели пользуются у охотников многих стран заслуженным уважением, поскольку работа для этих маленьких собачек имеется в изобилии в любом типе угодий.

 

Тем не менее существуют и заметные отличия в полевом досуге спаниелей в зависимости от региона. В чем причина этих отличий и как они сказываются на породообразовании данной группы подружейных собак, рассматривается в данной статье.


Великобритания считается родиной большинства пород спаниелей. Охота с этими собаками имеет в стране давнюю историю и интересные традиции. В частности, помимо индивидуальной охоты с собакой распространены загонные охоты на фазана, где одна из ведущих ролей как раз и принадлежит спаниелям. Поиск собак, адаптированных для таких охот, стремителен, но строго подконтролен, от них требуется безукоризненное послушание, настойчивость и смелость в преодолении препятствий.
В качестве примера работы спрингер-спаниелей рабочего разведения в Англии (своеобразный «взгляд через пролив») можно обратиться к тексту Иветт Шавернак, президента французского спаниель-клуба.


«…В Англии работа по следу должна быть узконаправленной, методичной, оставляющей мало места инициативе.
Английский спрингер-спа

ниель должен прочесывать поле, поднимать встреченную дичь и должен быть способен отказаться от преследования в случае, когда дичь скрывается от него.
Методичность работы по следу не должна нарушаться ради работы по дичи на соседней территории; это правило имеет простое обоснование: не нужно искать далеко то, что может находиться рядом; изобилие дичи таково, что не имеет смысла настаивать на продолжении преследования, поскольку это нарушит равномерный ход охоты, на которой присутствует много стрелков. Они будут вынуждены выйти из игры, если позволить работать собаке, которая пересекает их путь.
Надлежащий контроль собаки имеет при этом большее значение, чем инициативность ее работы, «порядок и правильное поведение» при работе в команде перевешивают личную инициативу…


Уровень английской дрессуры столь высок, что, на наш взгляд, является неоправданным и чрезмерным с точки зрения использования на охоте; однако следует принимать во внимание, что в Англии охота является социальным явлением, где роль собаки прежде всего в том, чтобы обеспечить человеку прекрасный спортивный день….
Более высокий уровень дрессуры во время конкурсов, несомненно, влияет на направление отбора собак, более податливых дрессировке, устраняя жестких, имеющих слишком выраженную индивидуальность, которые с трудом поддаются дисциплине и нарушают групповую охоту…» (здесь и далее перевод Елены Чаадаевой).


Очевидно, что во Франции загонные охоты не имеют такого распространения, как в Великобритании. Тем не менее спаниели и в этой стране пользуются популярностью в качестве подружейных собак, но в рамках преимущественно индивидуальных охот. Во Франции не была создана своя национальная порода спаниелей, поэтому для охоты здесь используют английские. Однако надо отметить, что французы четко обосновывают иные, чем в Великобритании, требования к охотничьему спаниелю. Вернемся опять к цитируемому материалу.
«…Континентальные правила имеют три главных отличия:

 


Французские охотники ценят в большей степени инициативность собаки и уделяют внимание эффективности отдельно взятой работы по птице.


• дичь менее обильна, и это не позволяет пренебрегать возможными работами;
• никакая континентальная школа любителей собак не может отказаться от эстетического удовольствия, от красивого окончания работы;
• на континенте, территория и биотоп обычно имеют менее стандартные характеристики, чем в Англии, что делает невозможным в течение дня проведение охоты по четко определенному маршруту.


Это первая причина имеющегося отличия, проявляющаяся в том, что мы особенно ценим опытную собаку, которая сама выбирает способ эффективной работы в зависимости от местности…»


Итак, основное отличие — это малая концентрация дичи в угодьях, что требует от собак большей инициативности и меньшей «задрессированности». Этому же способствуют и иные традиции охоты с собакой, оттесняющие коллективные охоты на второй план. Международные правила фильд-трайлов ФЦИ подтверждают эту мысль тем, что собаки снимаются с состязаний за отсутствие инициативы, в то время как в английских правилах данное уточнение отсутствует.


Если изучать континентальные предпочтения, двигаясь на восток, то в немецкоговорящих странах, а также в близлежащих к Германии Польше, Чехии и др. можно увидеть дальнейшее изменение предпочтений в охоте и особенностей в отношении к рабочим качествам спаниелей.


Согласно Хейнриху Николлу, судье австрийского клуба охотничьих спаниелей (ÖJSpK), требования к охотничьим качествам спаниелей являются общими в пределах двух условных групп, объединяющих ряд стран Европы. В частности, он выделяет группу А (Великобритания, Испания, Италия и скандинавские страны), где воззрения на охотничьи качества спаниелей близки к стране происхождения — Великобритании, и группу В (немецкоговорящие страны и Чехия со Словакией), где традиции охоты диктуют такие требования к собакам, как работа по следу с обязательной отдачей голоса.


В Германии такие требования возникли еще и из-за правил охоты: разрешена в основном только коллективная охота, где работа собаки связана с подачей и добором подранков, охота на вальдшнепа или куропатку не очень развита, в то же время огромное внимание уделяется работе любой собаки по копытным видам, а также подаче зайца и лисы. Из-за этих предпочтений спаниель, привезенный из Англии, может не получить допуска к разведению из-за отсутствия отдачи голоса или несоответствия стандарту (в Германии предпочитают оценивать собак и по экстерьеру, и рабочим качествам). В то же время любовь к универсальности любой из выведенных в Германии пород, так же как и импортированных, сформировала такую породу спаниелей, как немецкая перепелиная собака — вахтельхунд. В Германии она не относится к спаниелям, а выделяется в отдельную подгруппу — штёбер. Это собака, работающая с голосом по следу, используемая в основном в крепях и по разнообразным видам дичи — как по пернатым, так и по зверю. В отличие от гончей, штёбера можно отозвать со следа. При восстановлении породы, кроме спрингер-спаниелей и старинных штёберов, использовались и многие легавые, что послужило причиной возможной приостановки вахтельхунда перед подъемом дичи (атавизм стойки у этой породы не считается недостатком).


Из приведенного выше краткого обзора следует вывод о влиянии национальных предпочтений и охотничьих условий на требования, предъявляемые в поле к спаниелям которые, безусловно, определяют направления в разведении. Многие европейские страны отошли от оригинальных английских требований.
Это неудивительно, так как выработка манеры работы и стиля вытекает из исторического и природного контекста развития охоты в данной стране. В то же время селекция производителей, основанная на оценке их полевых свойств в жестких спортивных рамках, характерная для Великобритании, далеко не всегда способствует подчеркиванию качеств, необходимых для собаки, используемой именно на практической охоте.

 


Русский спаниель — наиболее многочисленная порода охотничьих спаниелей в России.


Впрочем, европейцы стараются создавать и общие подходы к рабочим качествам спаниелей, в частности, регулярно проводятся конгрессы «Европейской ассоциации спаниелей», где сталкиваются разные мнения, как, например, в 2007 году, когда представители Франции осуждали Швейцарию за проведение испытаний кокер-спаниелей по оленю.
В истории русского собаководства также неоднократно возникала необходимость выбора пути развития. Вопрос о соответствии спортивных тенденций в разведении английских пород легавых (диктуемых страной-оригинатором) применительно к местным охотничьим условиям поднимался в печати на рубеже XIX–XX вв. В этих публикациях в первую очередь отмечалась необходимость ориентации разведения на удовлетворение реальных охотничьих требований к подружейной собаке.


В мире спаниелей, параллельном миру легавых собак, в наиболее яркой степени эта тенденция выразилась в создании отдельной породы — русского охотничьего спаниеля. Несмотря на то что порода происходит в основном от кокер-спаниелей, завозившихся в нашу страну с 1910-го по 1950-е годы, она приобрела характерные черты, которые культивировались благодаря предпочтениям наших охотников.
Низкая плотность дичи в наших угодьях требует от собаки экономичного расходования сил, а хорошее чутье, настойчивость в стремлении завершить работу важнее скоростных качеств.


С французами же нас «роднит» желание иметь собаку более инициативную, нежели «задрессированную» и требующую обилия команд.
В настоящее время в нашу страну активно завозятся разнообразные рабочие спаниели Европы. Завезены спрингер-спаниели рабочего разведения из Англии, немецкие перепелиные собаки. Несомненно, каждая из пород может охотиться и в наших угодьях. Впрочем, заметны и отличия в использовании этих собак в России, поскольку и у нас местные условия диктуют свои требования к рабочим качествам и постановке собак. О том, как они повлияли на формирование стиля русского спаниеля, а также о подходах к оценке этого качества на испытаниях, мы постараемся более детально рассказать в следующей статье.

Ирина Русина, Илья Потравнов 17 мая 2013 в 00:00

www.ohotniki.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *